Выживание в море. Часть 3. , kuda.ua.
Страны мира Визы Загранпаспорт Отели Посольства Фото KUDA.UA продается

Выживание в море. Часть 3.

KUDA.UA > Отзывы туристов > Отзывы о России > Выживание в море. Часть 3.

Я никогда не забуду этот рассвет. Он был очень долгим. Сначала отступила чернильная тьма, потом на востоке появилась светлая полусфера. Затем восток постепенно становился алым. Было красиво и страшно. Вставало солнце. Я помню каждую часть встающего солнца как часть моей надежды. Я надеялся, что с восходом солнца полетят самолеты, поплывут пароходы и меня спасут. Суровая правда жизни говорила о другом. Солнце встало, но ничего не произошло. Как у Даниила Хармса: “Раз, два, три – ничего не произошло”. Никого из спасателей не было видно. Не шли пароходы, не летели самолеты, вообще никого не было видно до самого горизонта. Я не задумывался над причинами – не смогли, не успели, не хотели…. В тот момент это было неважно. Важно было отсутствие результата.

Потом выяснилось, что всю ночь четверо наших ребят пытались организовать спасение. Сначала они доехали до станицы “Должанская” и попробовали найти спасателей. Все, что они нашли – было несколько пьяных рыбаков, которые сказали, что каждый год тут кто-то тонет, и никто из них не поедет никого спасать ночью в шторм. Тогда двое стали ездить на машине по берегу в надежде, что ночью кто-то из нас выберется на эту косу. Они израсходовали весь бензин в своей машине и никого не нашли…

Было еще одно очень страшное для меня в этом рассвете. Берега было не видно. Я находился в открытом море. Даже попытки взлететь на край волны и рассмотреть берег оказались напрасными. Вспоминая физику, приходилось разочаровывать себя, понимая, что до берега не менее 7 км, а если я не вижу даже верхушек деревьев, то – не менее 15 км. Впоследствии оказалось, что путь спасения составлял около 20 км. Но при этом я уже проплыл несколько километров на доске этой ночью, правда с отрицательной скоростью. Проблема осложнялась штормовым встречным ветром, крутой волной, сломанной кистью, холодом, периодически приходящими судорогами, смутностью направления движения, абсолютной усталостью, отсутствием пресной воды и пищи. Позже выяснилось, что это еще не все проблемы.

Нужно было строить новые планы на спасение, искать мотивы. С восходом солнца я смог узнать, где находится восток. Мне не нужно было знать, где Мекка – просто это помогло сориентироваться в отношении направления движения к берегу.

Самое мерзкое чувство, посещавшее меня во время этого плавания – это не боязнь смерти, а чувство бесполезности происходящего, чувство тщетности всей предыдущей жизни. Зачем было все? Зачем были учеба, спорт, диссертация, карьера? Зачем это все, если жизнь может так бесславно закончиться в любую секунду? Сейчас сведёт ноги судорогами, закончатся силы – и все. Я утону, опущусь на четыре метра вниз, и меня растерзают рыбы, которых я сам ел один день назад. Все для меня остановится. В этот момент жизнь перестает казаться подготовкой к чему-то высшему. Понимаешь, что все происходит именно сейчас, и никогда ничего не бывает завтра. Завтра все будет по-иному, не так, как сегодня. Появятся другие обстоятельства, цели и задачи, люди изменятся, стану другим сам я. Не нужно жить, только подготавливая себя к чему-то. Каждый день должен быть прожит полноценно, со звездой в груди.

Азовское море – очень мелкое, в тех местах, где я плыл – около четырех-пяти метров. Но в то время я не видел разницы, где тонуть – в Марианской впадине Тихого океана или в неглубокой луже. Даже двух метров воды хватило бы с головой…

И с другой стороны, если я такой хороший, то почему Господь позволяет мне умирать. За что? Вопросы такого масштаба мелькали у меня в голове, но в силу их бесконечности я не мог их полноценно обдумать в воде.

Я продолжал грести на доске, но после рассвета я понял, что она только сдерживает меня и даже относит назад. Несмотря на дикие усилия, меня унесло еще дальше в море. Нужно было принимать решение о том, как плыть дальше. Я попробовал плыть рядом с доской – получилось быстрее, чем на ней. Тогда я в последний раз попытался спасти доску. Толкая ее вперед, я поплыл рядом с ней. Но на это уходило слишком много усилий. На минуту я присел на доску и осмотрел себя. Своей шершавой поверхностью доска полностью стерла в кровь кисти и стопы – из них сочилась кровь, каждое прикосновение к доске вызывало боль. Нужно было от чего-то отказываться. Тогда я пристегнул трапецию к доске, простился с ней, поцеловал и отпустил. Доска стала быстро удаляться от меня, подбрасываемая волнами и подталкиваемая ветром. И тут я вдруг ощутил полное одиночество. Даже серфовая доска была хоть какой-то надеждой на спасение. Расставшись с ней, я остался в море совсем один.

Я начал вспоминать физиологию и биологию. Среди прочих вещей я помнил, что у человека прежде всего устают не мышцы, а мозг, который перестает посылать сигналы мышцам. Этим мы отличаемся от лошадей. Нужно было недолго побыть лошадью, чтобы выжить… Тогда я начал заряжать мозг задачами более долгими, чем те, которые я сам мог перенести. Я внушал себе, что берег очень далеко, что плыть до него мне нужно не менее двух-трех суток, что это возможно, и я должен быть к этому готов. Я плыл всеми стилями – кролем, брассом, дельфином, на спине. Постепенно отказывали то одни группы мышц, то другие, и я переходил на другой вид плавания.

Отдыхать было совсем нельзя. Каждая минута передышки относила меня не несколько десятков метров от берега. Я старался отдыхать, двигаясь на боку или лежа на поверхности воды.

Днем нашим серферам на косе стало понятно, что нас на берегу нет. Этот вывод подействовал на всех по-разному: одни снова пошли кататься, другие вскрыли мою машину без ключа, завели ее и поехали в ближайший город за помощью. В яхт-клубе Ейска люди тоже отказались участвовать в спасении во время шторма. Тогда ребята поехали за помощью в Ейский вертолетный полк. Но военные ничего не делают без приказа. В России всегда решали только глобальные задачи, не обращая внимания на мелкие судьбы отдельных людей. Ребята начали искать варианты и позвонили своим знакомым в Саратовское отделение МЧС. Это была последняя надежда, больше они ничего сделать не могли … Между тем время неумолимо уходило.

Гидрокостюм помогал мне держаться на поверхности воды, но в этом не было никакой романтики. Это был так называемый “влажный гидрокостюм”, который предохраняет от ветра и переохлаждения на воздухе, а в воде греет не слишком. Во время плавания вода заливается через воротник и протекает через тебя насквозь. Другой проблемой была морская соль: она въелась в суставы, и резиновый гидрокостюм растирал их. В конце концом суставы тоже начали сочиться кровью. Настало время очередного выбора: остаться в костюме значило дольше сохранить тепло, снять его – означало плыть голышом в холодной воде, но с большей скоростью. Я выбрал последнее: снял костюм и в одежде Адама остался посреди моря.

Плыть стало заметно бодрее. Однако судороги стали приходить чаще, более всего сводило ноги. При этом я нырял и руками вытягивал ноги в противоположную судорогам сторону, что на некоторое время помогало. Общее движение ускорилось. Началась тяжелая рутинная работа. Солнце встало высоко. Надежд больше не было. Осталось только желание выжить.

Волков Михаил

18.02.2002 15:



Прочитайте еще Отзывы о России:





Фото отчеты:

Новости туризма:

Туристические статьи:

Отзывы о странах:

Отели мира:


РАЗДЕЛЫ:
Загранпаспорта
Посольства
Отели
Активный отдых
Отзывы туристов
Авиакомпании Украины
Туркомпании Украины
Страхование

О СТРАНАХ:
Таможенные правила
Оформление виз
Фотографии
Карты
Флаги
Гербы
Гимны

О СТРАНАХ:
Достопримечательности
Транспорт
Связь
Валюта
Культура
Климат
Экономика

О СТРАНАХ:
Советы туристу
Курорты
История
Цены
Сайты
Кухня
Праздники

СВЕЖАЯ ИНФОРМАЦИЯ:
Статьи о странах
Туристические новости
Туристические анекдоты
Прогноз погоды

О сайте
KUDA.UA продается
© 2007-2017 “KUDA.UA”. Реклама на сайте: +38 (066) 750-50-90. E-mail: info@kuda.ua. Контакты. Политика конфиденциальности.